«Алаш» против ДВК. Зачем?

KMO_085553_03578_1_t218В статье Андрея Карпова «Казахстан-2017: прогнозы на осень» была дана оценка предстоящей политической осени в Казахстане, причем автор вроде бы справедливо отметил – «элита поймала тишину».

Как оказалось, покой всем только снится. Эффект камня, брошенного в тихий омут, вызвало заявление Мухтара Аблязова о том, что в недрах Акорды вызрела идея формирования нового политического проекта – «Алаш». Под его знамена будет собрана значительная часть «старой оппозиции» во главе с людьми, близкими к экс-премьеру А.Кажегельдину (Серик Медетбеков) и ветеранами местной политики и журналистики — Гульжан Ергалиевой и Амиржаном Косановым.

Этот выпад в адрес хорошо известных всему оппозиционному лагерю фигур незамедлительно вызвал «обратку» — открытое письмо А.Косанова, размещенное в ФБ, а затем републикованное на большинстве «независимых ресурсов».

Главные положения этого в высшей степени любопытного текста можно свести к нескольким базовым утверждениям – «я никогда не был участником властных политических проектов», «актуализация идеи «Алаш» рассматривается в обществе, как одна из возможностей объединения демократически настроенных граждан», «жаль, что мелочными выпадами Аблязов сужает объединительный потенциал своего политического проекта (ДВК)», «оппозиция – живой и многоголосый организм, где есть место нам всем: и тем, кто вне страны и тем, кто остался здесь и имеет свое, несогласованное ни с властью, и ни с олигархами, ни с Аблязовым мнение о происходящих в стране событиях».

Из открытого письма А.Косанова следует, что вопрос о «возрождении ценностей «Алаш»» стоит в самой что ни на есть актуальной повестке дня, хотя сам политик утверждает, что власть вроде бы отказала инициаторам проекта в регистрации. Но эта часть текста самая туманная и трактовки утверждений А.Косанова могут быть различными.

Итак, вероятнее всего, проект «Алаш» действительно разрабатывается – в данном случае не имеет значения – внутри ли властных структур или же, как некая независимая платформа. Эти шаги плотно укладываются в «национально ориентированный» тренд в казахстанской политике. При всей неоднозначности восприятия «исторического значения» движения «Алаш» в самом Казахстане. Бренд есть бренд.

Причина конфликта Аблязова и его оппонентов в том, что Большой оппозиционный проект ДВК, как его видит бывший глава БТА-банка, должен консолидировать вокруг себя все реальные оппозиционные силы РК. Любой параллельный проект, в этом Аблязов убежден, ослабляет оппозицию, а, значит, работает по согласованной с властью линии.

Логика Косанова принципиально иная – не может быть в нынешней ситуации в Казахстане монополии на истину и, следовательно, проектов вождистского типа. Если есть запрос на разнонаправленные идеи внутри оппозиции, то почему нужно оценивать их как проявление «раскола»? Определить, чья точка зрения пользуется большей поддержкой – довольно сложно. Тем более, что Амиржан Косанов тщательно подбирает контраргументы в споре и явно оставляет «калитку открытой».

Какие последствия может иметь этот конфликт для будущего казахстанской оппозиции? Вполне вероятно, что Аблязов обострил ситуацию просто потому, что не видит в А.Косанове, Г.Ергалиевой и окружении Кажегельдина потенциальных союзников. Ни в данный момент, ни на перспективу. Он в стиле Владимира Ильича рассматривает размежевание как лучший способ собственного политического пиара, стараясь вытеснить на обочину процесса «попутчиков».

Стремление сделать ДВК – «единственным реально оппозиционным» движением требует от автора идеи играть на повышение, дискредитируя любую альтернативу как «провластную» игру. Подобную тактику использует и окружение российского оппозиционера Навального, технологии во многом схожи, наполнение разное.

Другой вопрос, что масштабы реальной поддержки ДВК превращают все эти сложные «игры» в бурю в стакане воды.

Сергей Рекеда